Наемничество международное право

Рубрики Новости

Наемничество международное право

3. Наемничество (ст. 359)

Наемничество запрещено Декларацией Генеральной Ассамблеи ООН от 24 октября 1970 г. о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН , поскольку оно подрывает общепризнанные нормы организации военных операций.
———————————
См.: Международное право в документах. С. 7.

Объективная сторона подобного преступления предполагает альтернативные действия, указанные в ч. 1 ст. 359: вербовку, обучение, финансирование, иное материальное обеспечение наемника, а равно его использование в вооруженном конфликте или в военных действиях.
Вербовка образуется приглашением в любой форме (призывы, агитация, открытие вербовочных пунктов) тех или иных лиц к участию в военных действиях на территории другого государства с обещанием вознаграждения или иного материального обеспечения. Обучение наемника заключается в его военной подготовке или обучении диверсионным действиям либо просто языку чужой страны. Финансирование охватывает собой предоставление наемникам или лагерям для их подготовки денежных средств, содержание для них премиального фонда, а иное материальное обеспечение — снабжение их обмундированием, военной техникой или иным имуществом. Использование наемника в военных действиях состоит в доставлении его в район военных действий либо в непосредственном привлечении к таким действиям.
Преступление описано в рамках формального состава и считается оконченным, если виновному удалось завербовать, обучить, профинансировать либо отправить в бой хотя бы одного наемника.
В ч. 2 ст. 359 ответственность лица усиливается, если субъект использует свое служебное положение в государственной, муниципальной или коммерческой структуре либо совершает деяние в отношении несовершеннолетнего.
Наконец, ч. 3 ст. 359 определяет ответственность за участие самого наемника в вооруженном конфликте или военных действиях вне зависимости от того, вступил ли он в состав регулярной армии другой страны либо незаконного вооруженного формирования или действовал партизанскими методами в одиночку.
Наемником (примеч. к ст. 359) признается лицо:
а) действующее в целях получения материального вознаграждения;
б) не являющееся гражданином государства — участника вооруженного конфликта или военных действий;
в) не проживающее постоянно на его территории;
г) не направленное в эту страну для выполнения официальных обязанностей (например, в составе миротворческих сил или группы наблюдателей ООН).
Субъективная сторона. Рассматриваемые преступные деяния совершаются с прямым умыслом. Лицо сознает фактические обстоятельства и общественную опасность действий, обозначенных в соответствующей части ст. 359, и желает их совершения. Мотивы и цели преступления не имеют значения для квалификации содеянного.
Деяния, названные в ч. 1 и 3, — тяжкие преступления, а в ч. 2 — особой тяжести.

Военные преступления подрывают согласованные в международном праве более или менее цивилизованные способы ведения боевых действий, исключающие использование запрещенных видов оружия, использование запрещенных средств и методов ведения войны, а равно использование наемников в вооруженном конфликте на территории другого государства.

§ 9. НАЕМНИЧЕСТВО

Международным преступлением следует считать и наемничество. Известен судебный процесс над наемниками, проведенный в Анголе. В открытом судебном процессе, в присутствии представителей прессы многих стран наемники были осуждены за ведение агрессивной войны и зверства, чинимые против мирного населения.

Как было установлено, наемники действовали и во время войны в Чечне. Это были люди из различных мусульманских стран, в том числе из некоторых государств СНГ, а также из Балтии. Некоторые из них участвовали в боевых действиях в качестве снайперов; на их совести — жизни многих российских солдат.

Субъекты преступления — наемники (отсюда и их название), т. е. это платные солдаты, нанятые для участия в агрессивных войнах. Для них во многих случаях заранее устанавливается «ценник» за преступления. Общественная опасность наемничества не только в том, что наемники, выполняя политическую волю нанимателей, убивают, насилуют, грабят и т. д., т. е. совершают уголовные преступления, ставшие вследствие объективной характеристики наемничества международными, но и в том, что воспитывается слой людей, для которых убийства и другие преступления становятся профессией (см. ст. 47 Дополнительного протокола 1997 г. о международном вооруженном конфликте к Женевским конвенциям 1949 г. о защите жертв войны).

Между террористами и наемниками как личностями в их социально-психологической характеристике немало сходства. Их способ действий сопряжен с насилием над другими людьми, действия жестоки и циничны.

Наемники должны подвергаться суровым наказаниям как за самые тяжкие насильственные преступления. Пока это дело в основном национальных законодателей и судов. Такой подход закреплен и в международном уголовном праве. Есть немало международно-правовых документов, в которых прямо указывается, что наемничество — международное преступление, а наемники должны караться как тяжкие уголовные преступники. На международной дипломатической конференции по гуманитарному праву (1977 г.) был подписан ряд важных документов, в том числе два Дополнительных протокола к Женевским конвенциям 1949 г. о защите жертв войны. Там, в частности, записано, что наемник не имеет прав комбатанта, а является военным преступником и подлежит уголовному наказанию (ст. 47 Протокола I).

По объективным характеристикам наемничество впитывает в себя все то, что в международных преступлениях связано с насилием, а субъект наемничества — специальный субъект — практически уравнивается с военным преступником. Мотивы преступления не влияют на его состав. Здесь главное, что человек сознательно поступает в наемники, осознанно убивает, грабит, насилует и получает за это денежное вознаграждение.

Наемничество в международном праве

Шамардин Егор Алексеевич,
ЧОУ ВПО Омская Юридическая Академия, г. Омск

Обычаи войны с древних времен установили, что участниками должны быть комбатанты, т.е. законные участники войны. В свою очередь участие наемников в боевых действиях, согласно резолюции Генеральной Ассамблеи ООН «Определение агрессии», квалифицируется как международное преступление. Современный мир нестабилен, государства могут проявлять агрессию, и необходимо разграничивать понятие наемника и комбатанта.
В практике можно отметить случаи, когда затруднительно сказать, являются ли определенные лица наемниками. Для признания таковыми, лицо должно соответствовать ряду критериев.
Французский легион – войсковое соединение, как граждан Франции, так и иностранцев, входящее в состав сухопутных войск Франции, которым платилось вознаграждение за службу. Французский легион был создан королем Луи-Филиппом I в 1831 году. В этом году так же был издан закон la Loi du 9 mars 1831 о том, что иностранный легион может использоваться лишь за пределами континентальной Франции.
Важным вопросом остается проблема принадлежности данных лиц к категории наемников.

Исторически в состав Французского легиона входили как офицеры из армии Наполеона – граждане Франции и постоянно проживающие там, так и лица, которые вербовались и призывались с разных стран. Легионеры должны были подписать контракт как минимум на 5 лет, в котором обозначалось и приличное жалование. Исходя из этого, можно полагать, что и граждане Франции будут причисляться к наемникам, но это не так.
Согласно конвенции ООН «О запрещении вербовки, использования, финансирования и обучения наемников», 1989 г., к наемникам будут относиться не только лица непосредственно участвующие в вооруженных конфликтах, но и завербованные лица для участия в заранее запланированных актах насилия, направленных на свержение правительства какого-либо государства, подрыв его конституционного порядка или нарушение его территориальной целостности и неприкосновенности.
Определение наемника указано в ст. 47 первого Дополнительного протокола к Женевским конвенциям 1977 г.: «Наемник – это любое лицо, которое:

  1. Специально завербовано на месте или за границей для того, чтобы сражаться в вооруженном конфликте;
  2. Фактически принимает непосредственное участие в военных действиях;
  3. Принимает участие в военных действиях, руководствуясь, главных образом, желанием получить личную выгоду, и которому в действительности обещано стороной (или по поручению стороны), находящейся в конфликте, материальное вознаграждение, существенно превышающее вознаграждение, обещанное или выплачиваемое комбатантам такого же ранга и функций, входящим в личный состав вооруженных сил данной стороны;
  4. Не является ни гражданином стороны, находящейся в конфликте, ни лицом, постоянно проживающим на территории, контролируемой стороной, находящейся в конфликте;
  5. Не входит в личный состав вооруженных сил стороны, находящейся в конфликте;
  6. Не послано государством, которое не является стороной, находящейся в конфликте, для выполнения официальных обязанностей в качестве лица, входящего в состав вооруженных сил».

Исходя из вышеизложенного, кроме финансового критерия, наемники должны соответствовать и иным. Они не входят в личный состав вооруженных сил стороны, находящейся в конфликте, и не посланы государством, которое не является стороной, находящейся в конфликте, для выполнения официальных обязанностей в качестве лица из состава его вооруженных сил.

Но ни один критерий не сможет примениться без наличия того самого, основного финансового критерия, который указан в пункте «С». На это указывает Бирюков П.Н.: «От наемников следует отличать добровольцев – иностранных граждан, которые в силу политических или иных убеждений (а не материальных соображений) поступают на службу в армию какой-либо воюющей стороны».

Следует обратить особое внимание на лиц, проходящих службу по контракту. На первый взгляд можно предположить, что они являются наемниками, так как преследуют материальную выгоду, но так называемые контрактники обычно проживают или имеют гражданство в той стране, за которую воюют и входят в состав вооруженных сил определенной страны.
Армия США, например, основывается на контрактной службе. Чтобы попасть в ее армию есть два пути:

  1. Иметь гражданство США
  2. Иметь Green Card (не граждане США)

И все же, чтобы попасть на службу даже по Green Card необходимо будет проживать на территории США, что сразу исключает, статус наемничества у них.
Традицию международного нормотворца поддержал и национальный законодатель. Так по Уголовному Кодексу РФ (далее – УК РФ) наемничество является преступлением против мира и безопасности человечества . В примечании вышесказанной статьи содержится определение наемника: «Наемником признается лицо, действующее в целях получения материального вознаграждения и не являющееся гражданином государства, участвующего в вооруженном конфликте или военных действиях, не проживающее постоянно на его территории, а так же не являющееся лицом, направленным для исполнения официальных обязанностей». Данное примечание к статье УК РФ дублируется и в уголовных законах других стран.
Одной из особенностей правового статуса наемника является то, что субъект, участвующий в международном вооруженном конфликте, не будет обладать статусом военнопленного. На это указывает прямо Женевская конвенция об обращении с военнопленными 1949 г., определяющая конкретных лиц, которые могут обладать статусом военнопленного.
Можно сделать вывод: чтобы приобрести статус наемника необходимо наличие нескольких базовых критериев:

  1. Финансовая заинтересованность;
  2. Непосредственное участие в международных конфликтах, актах насилия, направленные на свержение правительства, подрыва конституционного порядка или нарушение территориальной целостности и неприкосновенности;
  3. Лицо не должно входить в личный состав вооруженных сил.

Исходя из норм международного права, на которое опирается большая часть государств, определение наемника четко закреплено, и есть конкретно определенные признаки, которым он должен соответствовать. Согласно данному перечню, очень сложно будет изобличить лицо в наемничестве. Так же на это указывает небольшое количество практики.

Конвенции и соглашения

Международная конвенция о борьбе с вербовкой, использованием, финансированием и обучением наемников

Принята резолюцией 44/34 Генеральной Ассамблеи от 4 декабря 1989 года

Государства — участники настоящей Конвенции,

вновь подтверждая цели и принципы, закрепленные в Уставе Организации Объединенных Наций и в Декларации о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом Организации Объединенных Наций 1 ,

отдавая себе отчет в том, что наемники вербуются, используются, финансируются и обучаются для деятельности, нарушающей такие принципы международного права, как суверенное равенство, политическая независимость, территориальная целостность государств и самоопределение народов,

подтверждая, что вербовка, использование, финансирование и обучение наемников должны рассматриваться как преступления вызывающие серьезную озабоченность всех государств, и что любое лицо, совершающее любое из таких преступлений, подлежит либо судебному преследованию, либо выдаче,

будучи убеждены в необходимости развивать и усиливать международное сотрудничество между государствами в целях предупреждения таких преступлений, преследования и наказания за них,

выражая озабоченность по поводу новых международных незаконных видов деятельности, объединяющих торговцев наркотиками и наемников в совершении насильственных действий, которые подрывают конституционный порядок государств,

будучи убеждены также, что принятие конвенции о борьбе с вербовкой, использованием, финансированием и обучением наемников будет способствовать искоренению этой отвратительной деятельности и тем самым соблюдению целей и принципов, закрепленных в Уставе,

сознавая, что вопросы, не подпадающие под действие такой конвенции, будут по-прежнему регулироваться нормами и принципами международного права,

согласились о нижеследующем:

Для целей настоящей Конвенции:

1. Термин «наемник» означает любое лицо, которое:

а) специально завербовано на месте или за границей для того, чтобы сражаться в вооруженном конфликте;

b) принимая участие в военных действиях, руководствуется главным образом желанием получить личную выгоду и которому в действительности обещано стороной или по поручению стороны, находящейся в конфликте, материальное вознаграждение, существенно превышающее вознаграждение, обещанное или выплачиваемое комбатантам такого же ранга и функции, входящим в личный состав вооруженных сил данной стороны;

с) не является ни гражданином стороны, находящейся в конфликте, ни лицом, постоянно проживающим на территории, контролируемой стороной, находящейся в конфликте;

d) не входит в личный состав вооруженных сил стороны, находящейся в конфликте; и

е) не направлено государством, которое не является стороной, находящейся в конфликте, для выполнения официальных обязанностей в качестве лица, входящего в личный состав его вооруженных сил.

2. Термин «наемник» означает также любое лицо, которое в любой другой ситуации:

a) специально завербовано на месте или за границей для участия в совместных насильственных действиях, направленных на:

i) свержение правительства или подрыв конституционного порядка государства иным образом; или

ii) подрыв территориальной целостности государства;

b) принимая участие в таких действиях, руководствуется главным образом желанием получить значительную личную выгоду и которое побуждается к этому обещанием выплаты или выплатой материального вознаграждения;

с) не является ни гражданином, ни постоянным жителем государства, против которого направлены такие действия;

d) не направлено государством для выполнения официальных обязанностей; и

е) не входит в личный состав вооруженных сил государства, на территории которого совершаются такие действия.

Любое лицо, которое вербует, использует, финансирует или обучает наемников, определение которых содержится в статье 1 настоящей Конвенции, совершает преступление по смыслу настоящей Конвенции.

1. Наемник, согласно определению, содержащемуся в статье 1 настоящей Конвенции, который непосредственно участвует в военных или совместных насильственных действиях, в зависимости от обстоятельств, совершает преступление по смыслу настоящей Конвенции.

2. Ничто в настоящей статье не ограничивает сферу применения статьи 4 настоящей
Конвенции.

Преступление совершает любое лицо, которое:

а) пытается совершить одно из преступлений, указанных в настоящей Конвенции;

b) является соучастником лица, которое совершает или пытается совершить любое из преступлений, указанных в настоящей Конвенции.

1. Государства-участники не вербуют, не используют, не финансируют и не обучают наемников и запрещают такую деятельность в соответствии с положениями настоящей Конвенции,

2. Государства-участники не вербуют, не используют, не финансируют и не обучают наемников для цели противодействия законному осуществлению неотъемлемого права народов на самоопределение, признанного международным правом, и принимают в соответствии с международным правом надлежащие меры по предотвращению вербовки, использования, финансирования или обучения наемников для этой цели.

3. Государства-участники предусматривают соответствующие наказания за преступления, указанные в настоящей Конвенции, с учетом тяжести этих преступлений.

Государства-участники сотрудничают в предотвращении преступлений, указанных в настоящей Конвенции, в частности путем:

а) принятия всех практически осуществимых мер по предотвращению подготовки в пределах их соответствующих территорий к совершению этих преступлений в пределах или вне пределов их территорий, включая запрещение незаконной деятельности лиц, групп и организаций, которые поощряют, подстрекают, организуют или участвуют в совершении таких преступлений;

b) координации, в случае необходимости, принятия административных и других мер для предотвращения совершения таких преступлений.

Государства-участники сотрудничают в принятии необходимых мер для осуществления настоящей Конвенции.

Любое государство-участник, имеющее основания полагать, что совершено, совершается или будет совершено одно из преступлений, указанных в настоящей Конвенции, предоставляет в соответствии со своим национальным правом непосредственно или через Генерального секретаря Организации Объединенных Наций соответствующую информацию затронутым государствам-участникам сразу же после ее получения.

1. Каждое государство-участник принимает такие меры, какие могут быть необходимы для установления его юрисдикции в отношении любого из указанных в настоящей Конвенции преступлений, которые совершены:

а) на его территории или на борту морского или воздушного судна, зарегистрированного в этом государстве;

b) любым из его граждан или, если это государство считает это приемлемым, теми лицами без гражданства, которые обычно проживают на его территории.

2. Каждое государство-участник принимает также такие меры, какие могут быть необходимы для установления его юрисдикции в отношении преступлений, указанных в статьях 2, 3 и 4 настоящей Конвенции, в случаях, когда предполагаемый преступник находится на его территории и оно не выдает его какому-либо из государств, упомянутых в пункте 1 настоящей статьи.

3. Настоящая Конвенция не исключает применения любой уголовной юрисдикции в соответствии с национальным правом.

1. Убедившись, что обстоятельства того требуют, любое государство-участник, на территории которого находится предполагаемый преступник, в соответствии со своими законами заключает его под стражу или принимает такие другие меры, которые обеспечивают его присутствие до тех пор, пока это необходимо для того, чтобы возбудить уголовное преследование или предпринять действие по выдаче. Такое государство-участник немедленно проводит предварительное расследование фактов.

2. Когда государство-участник, в соответствии с настоящей статьей, заключает лицо под стражу или принимает такие другие меры, которые указаны в пункте 1 настоящей статьи, оно безотлагательно уведомляет непосредственно или через Генерального секретаря Организации Объединенных Наций:

а) государство-участника, на территории которого было совершено преступление;

b) государство-участника, против которого было направлено преступление или покушение на преступление;

с) государство-участника, гражданство которого имеет физическое или юридическое лицо, против которого было направлено преступление или покушение на преступление;

d) государство-участника, гражданином которого является предполагаемый преступник или, в случае если он является лицом без гражданства, на территории которого он обычно проживает;

е) любое другое заинтересованное государство-участник, которое оно считает необходимым уведомить.

3. Любому лицу, в отношении которого принимаются меры, предусмотренные в пункте 1 настоящей статьи, предоставляется право:

а) безотлагательно связаться с ближайшим соответствующим представителем государства, гражданином которого оно является или которое иным образом правомочно защищать его права, или, если оно является лицом без гражданства, государства, на территории которого оно обычно проживает;

b) посещения представителем этого государства.

4. Положения пункта 3 настоящей статьи не наносят ущерба праву любого государства-участника, претендующего на юрисдикцию в соответствии с пунктом 1b статьи 9, просить Международный комитет Красного Креста связаться с предполагаемым преступником и посетить его.

5. Государство, которое производит предварительное расследование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, незамедлительно сообщает о полученных им данных государствам, указанным в пункте 2 настоящей статьи, и указывает, намерено ли оно осуществить юрисдикцию.

Любому лицу, в отношении которого осуществляется судебное разбирательство в связи с любым из преступлений, указанных в настоящей Конвенции, гарантируется на всех стадиях разбирательства беспристрастное обращение и все права и гарантии, предусмотренные законодательством соответствующего государства. Необходимо обеспечивать учет применимых норм международного права.

Государство-участник, на территории которого находится предполагаемый преступник, если оно не выдает его, обязано без каких-либо исключений и независимо от того, совершено преступление на его территории или нет, передать дело своим компетентным органам для целей уголовного преследования посредством проведения судебного разбирательства в соответствии с законодательством этого государства. Эти органы принимают решение таким же образом, как и в отношении любого другого тяжкого преступления, действуя в соответствии с законодательством этого государства.

1. Государства-участники оказывают друг другу наиболее полную помощь в связи с уголовно-процессуальными действиями, предпринятыми в отношении преступлений, указанных в настоящей Конвенции, включая предоставление всех имеющихся в их распоряжении доказательств, необходимых для судебного разбирательства. Во всех случаях применяется законодательство государства, к которому обращена просьба о помощи.

2. Положения 1 настоящей статьи не затрагивают обязательств в отношении взаимной судебной помощи, закрепленных в любом другом договоре.

Государство-участник, на территории которого предполагаемый преступник подвергается уголовному преследованию, сообщает в соответствии со своим законодательством об окончательных результатах разбирательства Генеральному секретарю Организации Объединенных Наций, который направляет эту информацию другим заинтересованным государствам.

1. Преступления, указанные в статьях 2, 3 и 4 настоящей Конвенции, считаются подлежащими включению в качестве преступлений, влекущих выдачу, в любой договор о выдаче, существующий между государствами-участниками. Государства-участники обязуются включать такие преступления в качестве преступлений, влекущих выдачу, в любой договор о выдаче, заключаемый между ними.

2. Если государство-участник, которое обусловливает выдачу наличием договора, получает просьбу о выдаче от другого государства-участника, с которым оно не имеет договора о выдаче, оно может по своему усмотрению рассматривать настоящую Конвенцию в качестве правового основания для выдачи в отношении этих преступлений. Выдача производится в соответствии с другими условиями, предусматриваемыми законодательством государства, к которому обращена просьба о выдаче.

3. Государства-участники, не обусловливающие выдачу наличием договора, рассматривают в отношениях между собой эти преступления в качестве преступлений, влекущих выдачу, в соответствии с условиями, предусмотренными законодательством государства, к которому обращена просьба о выдаче.

4. Преступления рассматриваются для целей выдачи, осуществляемой государствами-участниками, как совершенные не только в том месте, где они произошли, но и на территории государств, которые обязаны установить свою юрисдикцию в соответствии со статьей 9 настоящей Конвенции.

Настоящая Конвенция применяется без ущерба для:

a) норм, касающихся международной ответственности государств;

b) права вооруженного конфликта и международного гуманитарного права, включая положения, касающиеся статуса комбатантов или военнопленных.

1. Любой спор между двумя или несколькими государствами-участниками относительно толкования или применения настоящей Конвенции, который не урегулирован путем переговоров, передается по просьбе одного из них на арбитраж. Если в течение шести месяцев со дня подачи просьбы об арбитраже стороны не в состоянии прийти к согласию по вопросу об организации арбитража, по просьбе любой из этих сторон спор может быть передан в Международный Суд в соответствии со Статутом Суда.

2. Каждое государство может при подписании или ратификации настоящей Конвенции или при присоединении к ней сделать заявление о том, что оно не считает себя связанным положениями пункта 1 настоящей статьи. Другие государства-участники не будут связаны положениями пункта 1 настоящей статьи в отношении любого государства-участника, сделавшего такую оговорку.

3. Любое государство-участник, сделавшее оговорку в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи, может в любое время снять эту оговорку путем уведомления Генерального секретаря Организации Объединенных Наций.

1. Настоящая Конвенция открыта для подписания всеми государствами до 31 декабря 1990 года в Центральных учреждениях Организации Объединенных Наций в Нью-Йорке.

2. Настоящая Конвенция подлежит ратификации. Ратификационные грамоты сдаются на хранение Генеральному секретарю Организации Объединенных Наций.

3. Настоящая Конвенция открыта для присоединения любого государства. Документы о присоединении сдаются на хранение Генеральному секретарю Организации Объединенных Наций.

1. Настоящая Конвенция вступает в силу на тридцатый день после сдачи на хранение Генеральному секретарю Организации Объединенных Наций двадцать вторым государством ратификационной грамоты или документа о присоединении.

2. Для каждого государства, которое ратифицирует настоящую Конвенцию или присоединится к ней после сдачи на хранение двадцать вторым государством ратификационной грамоты или документа о присоединении, Конвенция вступает в силу на тридцатый день после сдачи на хранение этим государством своей ратификационной грамоты или документа о присоединении.

1. Любое государство-участник может денонсировать настоящую Конвенцию путем письменного уведомления Генерального секретаря Организации Объединенных Наций.

2. Денонсация вступает в силу по истечении одного года после даты получения уведомления Генеральным секретарем Организации Объединенных Наций.

Подлинник настоящей Конвенции, тексты которой на английском, арабском, испанском, китайском, русском и французском языках являются равно аутентичными, сдается на хранение Генеральному секретарю Организации Объединенных Наций, который рассылает заверенные копии настоящей Конвенции всем государствам.

В УДОСТОВЕРЕНИЕ ЧЕГО нижеподписавшиеся, должным образом на то уполномоченные своими соответствующими правительствами, подписали настоящую Конвенцию.

Источник: Официальные отчеты Генеральной Ассамблеи, сорок четвертая сессия, Дополнение № 49 (A/44/49), стр. 425–428.

Наемничество по международному и национальному уголовному праву Шандиева Назира Оразалиевна

Диссертация — 480 руб., доставка 10 минут , круглосуточно, без выходных и праздников

Автореферат — бесплатно , доставка 10 минут , круглосуточно, без выходных и праздников

Шандиева Назира Оразалиевна. Наемничество по международному и национальному уголовному праву : Дис. . канд. юрид. наук : 12.00.08 : Москва, 2004 194 c. РГБ ОД, 61:05-12/557

Содержание к диссертации

Глава I. Нормы международного права о наемничестве 15

1.1. Международно-правовая регламентация наемничества 15

1.2. Международная конвенция о борьбе с вербовкой, использованием, финансированием и обучением наемников 1989 г 39

1.3. Юридическая природа наемничества в международном праве 55

1.4. Вопросы совершенствования международного законодательства о наемничестве 67

Глава II. Национальное уголовное законодательство об ответственности за наемничество 85

2.1. Уголовное законодательство стран СНГ об ответственности занаемничество 85

2.2. Уголовное законодательство стран Европы и США о наемничестве или его проявлениях 99

2.3. Вопросы имплементации международных актов о наемничестве в российском уголовном законодательстве 110

2.4. Состав преступления наемничества по российскому уголовному

праву: проблемные аспекты квалификации 130

Введение к работе

Актуальность темы исследования. В современном международном и национальном уголовном праве остро стоит вопрос о противодействии наемничеству. Общепризнанно, что негативные последствия наемничества выражаются в нарушении права народов на самоопределение, суверенитета государств, принципов мирного сосуществования, стабильности избранных конституционным путем правительств и государственных структур в регионах или сложившегося правопорядка. В ситуации, когда новым вызовом глобальной стабильности и безопасности на рубеже ХХ-ХХІ вв. стали вооруженные конфликты на международном и внутригосударственном уровнях, во многих из которых используются наемники, негативность этих последствий значительно усилилась. Так, о высокой общественной опасности деятельности наемников свидетельствуют факты их участия в вооруженных конфликтах и боевых действиях на территории бывшей Югославии, Афганистана, Чечни. Именно эта категория людей нередко препятствует мирному исходу вооруженных столкновений, активизирует вооруженные конфликты, а порой непосредственно генерирует их, способствует поддержанию военного психоза не только в так называемых «горячих точках», но и в странах с относительно стабильной политической ситуацией.

Официальные данные подтверждают быстрый рост числа наемников во всем мире и достаточно сложный характер их деятельности1. Так, в одном только Афганистане было сосредоточено приблизительно 20 тыс. наемников из Алжира, Бангладеш, Египта, Иордании, Йемена, Марокко, Сирии, Судана, Туниса, не только активно участвовших в боевых действиях на стороне талибов и Исламского движения Узбекистана, но и ставивших цель дестабилизировать обстановку в соседних с Афганистаном странах1.

В наибольшей степени от наемничества страдают государства африканского континента. Постоянная политическая нестабильность, присущая этим странам, и огромные природные богатства, в частности алмазы и нефть, над которыми стремятся установить контроль различные заинтересованные круги, лежат в основе многочисленных вооруженных конфликтов, в которых участвуют наемники.

Не меньшую опасность представляет собой использование наемников для совершения государственных переворотов на территории Африки. Так, за 2003-2004 гг. в Зимбабве и Экваториальной Гвинее было арестовано в общей сложности 82 иностранных гражданина, которых власти этих стран считают наемниками, нанятыми специально для организации переворота2.

Мировая практика свидетельствует, что наемниками чаще всего совершаются убийства, акты терроризма, диверсии и т.д. Очевидно, что любое из этих деяний подпадает, как правило, под статью внутригосударственного уголовного законодательства, предусматривающего ответственность за подобные преступления. Наемничеству сопутствуют такие виды транснациональной преступной деятельности как торговля людьми, незаконный оборот оружия и наркотиков. Потому понятны отрицательные последствия терпимости по отношению к наемничеству.

Несмотря на активизацию международных усилий в сфере борьбы с наемничеством, в оценках его конкретных проявлений имеются значительные расхождения. Нередко в международной политике превалируют конъюнктурные соображения, стремление использовать в данной сфере двойные стандарты. Этим во многом объясняется тот факт, что до настоящего времени не удалось выработать единое международно-правовое определение наемничества.

Представляется, что противодействие наемничеству возможно посредством консолидации усилий мирового сообщества в борьбе с этим явлением и создания во всем мире атмосферы абсолютной нетерпимости к любым его проявлениям. В связи с этим необходима выработка эффективного международного антинаемнического законодательства и унификация национальных норм об ответственности за наемничество.

Важно добиваться как расширения круга участников уже принятой (вступившей в силу в октябре 2001 г.) Международной конвенции ООН о борьбе с вербовкой, использованием, финансированием и обучением наемников 1989 г., одного из главных достижений ООН в сфере борьбы с наемничеством, так и поощрения разработок новых соглашений в этой области.

Безусловно положительным следует признать закрепление состава наемничества в уголовном законодательстве ряда государств. Среди них можно назвать Россию, большинство стран СНГ, Республику Польша, которые базируются на международно- правовой концепции наемничества.

Более чем актуальна проблема наемничества для России, в частности в связи с событиями на территории Чечни. Очередным подтверждением этому служат данные о состоянии преступности на территории этой республики за 2003 г., предоставленные пресс-службой МВД РФ: в Чечне продолжают действовать до 80 мелких банд с общей численностью порядка 1 тыс. 500 человек, немалая часть которых представлена наемниками из стран ближнего и дальнего зарубежья1.

В настоящее время также приходится констатировать присутствие на территории этого субъекта РФ наемников, деятельность которых дестабилизирует регион Северного Кавказа, представляя собой, как показали ряд совершенных и организованных ими жестоких и циничных преступлений террористической направленности, одну из серьезнейших угроз национальной безопасности. По данным Министерства обороны РФ на октябрь 2004 г., в Чечне находятся от 150 до 200 иностранных наемников из более чем 50 государств1.

В этих условиях представляется необходимым исследование мирового и зарубежного опыта противодействия наемничеству, прежде всего, законодательного, и использование его положительных тенденций при разработке национальной политики в сфере борьбы с данным явлением.

На сегодняшний день Россия не подписала и не ратифицировала Международную конвенцию о борьбе с вербовкой, использованием, финансированием и обучением наемников 1989 г., хотя формулировка ст. 359 УК РФ базируется на ней. Положения данного акта более удачно и комплексно регулируют вопросы борьбы с наемничеством, и потому ратификация конвенции, безусловно, сыграет большую превентивную роль.

Цель и задачи исследования. Целью настоящего исследования является анализ норм действующего международного и национального уголовного права 0 наемничестве для выработки предложений и рекомендаций по их совершенствованию, а также решение теоретических и практических проблем уголовной ответственности за совершение наемничества.

Указанная цель обусловила постановку и решение следующих задач:

дать краткий очерк международно-правовой регламентации наемничества;

проанализировать основной международный документ по наемничеству — Международную конвенцию ООН о борьбе с вербовкой, финансированием, использованием и обучением наемников 1989 г.;

выявить юридическую природу наемничества;

охарактеризовать новые тенденции в наемнической деятельности;

выявить связь наемничества с агрессией и терроризмом;

выявить специфику зарубежного уголовного законодательства (стран СНГ, Европы и США), закрепляющего преступность наемничества или его проявлений.

дать общую характеристику российского уголовного законодательства об ответственности за наемничество с точки зрения его соотношения с положениями международных актов, выявить основные противоречия между российским и международным законодательством в этой сфере, наметить пути и средства решения данных противоречий, сформулировать соответствующие предложения по совершенствованию российского уголовного законодательства.

Объект и предмет исследования. Объектом исследования служат общественные отношения и интересы, связанные с реализацией международно-правовых положений и соответствующих им норм национального уголовного законодательства о наемничестве. Особое внимание в диссертационном исследовании уделяется вопросам соотношения норм о наемничестве в международном и национальном законодательстве, выявлению специфических черт таких норм в законодательстве конкретного государства, а также проблемным вопросам квалификации наемничества.

Предметом исследования являются положения международно-правовых актов о наемничестве, российского уголовного законодательства, научные источники в области уголовного, международного права, материалы законотворческой работы по совершенствованию российской нормы о наемничестве.

Теоретическая база исследования. При написании диссертации использованы научные труды российских и зарубежных авторов по уголовному, международному праву, в том числе международному уголовному праву: Р.А. Адельханяна, X. Бурместера, Б.В.Волженкина, Э.Давида, Л.В.Иногамовой-Хегай, И.И. Карпеца, А.Г. Кибальника, В.П. Коняхина, В.Н.Кудрявцева, Н.Ф. Кузнецовой, И.И. Лукашука, О.Ю. Молибога, А.В.Наумова, С.Н. Незнанова, В.П. Панова, А.А. Потапова, Ю.А. Решетова, П.С. Ромашкина, А.Н. Трайнина, М.Л. Хабачирова и других.

Нормативная база исследования. В качестве нормативной базы исследования автором использовано международное законодательство о наемничестве: международные и региональные конвенции и протоколы к ним, декларации и иные документы международных организаций; Конституция РФ, действующее российское уголовное законодательство, нормативные акты иных отраслей права. В исследовании также использовались нормы о наемничестве или его проявлениях современного зарубежного уголовного законодательства.

Методология исследования. В соответствии с общенаучными подходами к проведению теоретических исследований методологическую основу диссертации составил диалектический метод познания, позволивший отразить взаимосвязь теории и практики, формы и содержания предмета исследования, процессы развития и качественных изменений наемничества. Также использовались частнонаучные методы: формально-логический, системно-структурный, историко-правовой, сравнительно-правового анализа.

Степень разработанности темы и научная новизна исследования. Явление наемничества, известное мировому сообществу с давних времен, стало предметом исследования юристов лишь со второй половины XX века. В это время осознается преступный характер наемничества и впервые появляются публикации во многих странах мира. Условно можно выделить два периода наибольшей активизации научных разработок и правовой регламентации наемничества: семидесятые годы XX века и с девяностых годов XX века по сегодняшний день. В первый период проблеме наемничества уделялось внимание в связи с изданием международно-правовых актов, в которых провозглашалась преступность наемничества, а наемники признавались преступниками. Среди юристов, публикации которых по данной проблематике не потеряли своей ценности и в настоящее время, следует назвать И.П.Блищенко, Н.В. Жданова, А.И. Полторака, Ю.Н. Астафьева, X. Бурместера и др.1.

Проблема наемничества отражена также в книгах литературного и публицистического характера, основанных на документальных данных: «Солдаты на продажу: наемники сегодня», изданная журналистами В. Барчетом и Д. Робеком,2 и «Власть оружия», авторами которой являются два бывших наемника — К. Демпстер и Д. Томкинс3.

Второй период протекает в годы локальных войн, в том числе вооруженных конфликтов немеждународного характера. Среди современных публикаций на эту тему можно назвать работы следующих авторов: Р.А.Адельханяна, В.В. Алешина, Э. Давида, К.Л. Осипова, О.Ю. Молибога, А.А.Потапова, М.Л. Хабачирова и др.4

В последние годы были подготовлены и защищены диссертации О.Ю.Молибога5 и К.Л. Осипова6, посвященные анализу российской нормы о наемничестве. В качестве одного из военных преступлений наемничество рассматривается в диссертационном исследовании Р.А. Адельханяна8. Уголовно-правовая характеристика наемничества дается в коллективной монографии А.Г. Кибальника, О.Ю. Молибога и И.Г. Соломоненко . Но в этих работах не в -полной мере затрагиваются вопросы соотношения антинаемнических положений международного и национального, в том числе российского, уголовного права. Кроме того, в них не учитываются новые тенденции в наемничестве. Юридический анализ наемничества, представленный в основном в комментариях к УК РФ и учебной литературе, ряде новейших учебников по международному уголовному праву1, излагается кратко и носит общий характер.

Данная работа является первым диссертационным исследованием по проблеме наемничества, рассматривающим комплексно вопросы ее законодательного регулирования как на международном, так и национальном уровне, соотношения этих уровней с учетом новых тенденций в наемничестве.

В настоящей диссертации впервые исследованы основные положения Международной конвенции ООН о борьбе с вербовкой, финансированием, использованием и обучением наемников 1989 г., вступившей в силу в 2001 г., проанализировано соотношение конвенции с российским уголовным законодательством. Сделанные в диссертации предложения по совершенствованию российского уголовного законодательства вытекают из выводов этого сравнительно-правового анализа.

В диссертации также рассмотрены нормы зарубежного уголовного законодательства, предусматривающие ответственность за наемничество в международно-правовом смысле или его различные проявления, в том числе и на предмет соответствия международному праву. Также представлен авторский взгляд на решение вопросов квалификации на конкретных примерах, в частности применительно к ситуациям в Югославии, Чечни, Ирака, четкого разграничения наемничества как социально-правового явления и деяния от контрактной службы как способа комплектования вооруженных сил государства, наемничества и выполнения миротворческих функций.

Положення, выносимые на защиту:

1. Международная конвенция ООН о борьбе с вербовкой, использованием, финансированием и обучением наемников 1989 г. должна служить основополагающим документом при установлении ответственности за наемничество в национальном уголовном праве. Необходима скорейшая ее ратификация государствами, в том числе Россией, для консолидации усилий мирового сообщества и эффективности укрепления международного сотрудничества в борьбе с наемничеством.

2. Нужна правовая оценка новых тенденций в наемничестве: вербовки и набора наемников частными военными организациями, оказывающими поддержку силового, экспертного, охранного характера на коммерческой основе, и вербовки наемников через СМИ и сеть Интернет. Необходимо законодательно определить статус подобных организаций как на международном, так и национальном уровне: некоторые аспекты деятельности этих агентств (предоставление услуг в области безопасности и военных советников), согласуются с нормами международного законодательства, другие (набор наемников и активное в военном отношении вмешательство в вооруженные конфликты) нарушают его.

3. Мировая практика наемничества свидетельствует о взаимосвязи наемничества с такими преступлениями как терроризм и агрессия. Действия наемников тесно связаны с международным терроризмом при участии в разовых или неоднократных совместных насильственных действиях, направленных на свержение правительства или иной подрыв конституционного порядка или территориальной целостности государств. Связь наемничества с агрессией обусловлена использованием наемников как средства государственной политики во внешних отношениях.

4. В международном праве необходимо провести четкое разграничение наемника и добровольца, а также лиц, участвующих в миротворческих операциях ООН. Отличие добровольца от наемника следует проводить по двум критериям: участия первого в военных действиях, руководствуясь некорыстной целью, и вхождением его в состав вооруженных сил стороны, находящейся в конфликте. Если миротворческая операция ООН осуществляется в точном соответствии с нормами международного права, то случаи вербовки, использования, обучения, финансирования или участия лиц в них нельзя рассматривать как наемничество и при получении последними повышенного материального вознаграждения.

5. Предоставленная рядом государств, в том числе Россией, возможность прохождения военной службы в составе своих вооруженных сил иностранным гражданам осложняет вопрос о границах между наемничеством в международно-правом смысле и контрактной службой как способом комплектования вооруженных сил государства. Необходимо определение на международно-правовом уровне правомерной (и/или неправомерной) вооруженной службы. Оптимальное решение вопроса видится в принятии специального международного документа. В отсутствие такого акта предлагается заключить межгосударственные, как двухсторонние, так и многосторонние договоры о возможности прохождения военной службы иностранными гражданами на территории другого государства.

В целом, положения российского уголовного законодательства о наемничестве в своих концептуальных основах, соответствуют нормам международного права о наемничестве. Но вместе с тем имеются значительные расхождения между международно-правовым определением понятия «наемник» и его определением, содержащимся в примечании к ст. 359 УК РФ. Наиболее существенным пробелом российского уголовного закона является отсутствие указания на то, что наемник не входит в личный состав вооруженных сил государства, участвующего в вооруженном конфликте или военных действиях. Данный пробел должен быть восполнен путем внесения изменений в примечание к ст. 359 УК РФ.

В большинстве стран Европы и США наказуемы вербовка и поступление на незаконную иностранную, в том числе военную, службу.

Уголовное законодательство стран СНГ знает ответственность за наемничество, но встречаются отклонения от международно-правовых норм, дающие нередко основания для расширительного или, наоборот, ограничительного понимания составляющих наемничества.

Эмпирическая база исследования. В диссертации используются документы (письма, дневники наемников, в том числе и опубликованные), предоставленные специализированным журналом по проблеме наемничества «Солдат удачи», которые позволили выявить реальную практику наемничества и новые его тенденции. В основу выводов диссертанта легли доклады ООН по вопросу об использовании наемников, тщательно выверенные и сопоставленные материалы СМИ, в том числе и о возбужденных уголовных делах по наемничеству, официальные и неофициальные данные, позволившие представить определенную статистику наемничества, использование метода интервью со специалистами, продолжительно занимающимися проблемами наемничества.

Теоретическая и практическая значимость диссертации. Теоретическое значение диссертации состоит в том, что сформулированные в ней положения могут использоваться в разработке теоретических проблем международного, российского уголовного права и криминологии по противодействию наемничеству. Настоящая работа будет полезна и для дальнейших исследований практических аспектов международного сотрудничества в борьбе с наемничеством. В целом разработка данной темы укладывается в самостоятельное перспективное научное направление международного права, уголовного права и криминологии.

Практическая значимость работы заключается в том, что положения настоящего диссертационного исследования могут быть:

учтены в процессе текущего законотворчества, в частности при изменении ст. 359 УК РФ, а также при ратификации Международной конвенции ООН о борьбе с вербовкой, финансированием, использованием и обучением наемников 1989 г. Ряд высказанных предложений может быть • использован при разработке и принятии модельного закона «О противодействии наемничеству»;

использованы при дальнейшей работе на международном уровне, в том числе при внесении поправок и оговорок в принятые международные документы, а также при разработке новых международных антинаемнических инициатив;

использованы в учебном процессе: при преподавании общих курсов уголовного права и криминологии, а также специальных курсов по международному уголовному праву.

Апробация результатов исследования. Диссертация подготовлена на кафедре уголовного права и криминологии юридического факультета Московского государственного университета им. М. В. Ломоносова, где проходило ее обсуждение и рецензирование.

Положения диссертации отражены в публикациях автора.

Объем и структура диссертации. Работа состоит из введения, двух глав, включающих восемь параграфов, заключения и списка использованной литературы.

Международно-правовая регламентация наемничества

В международных отношениях придерживаются целого ряда этических и юридических принципов, представляющих собой обязательные юридические рамки для обеспечения мира, взаимодействия и сотрудничества между государствами.

Основные принципы международного права закреплены, прежде всего, в Уставе ООН1. Общепризнанно, что принципы Устава ООН являются обязательствами высшего порядка, которые не могут быть отменены государствами ни индивидуально, ни по соглашению между собой. Это, на наш взгляд, одно из подтверждений уникальной роли ООН в кодификации и развитии норм международного права. Благодаря универсальности своего состава, развитой системе подготовки международно-правовых актов и чрезвычайно широкой сфере деятельности, ООН и ее институты смогли занять особое место среди других международных организаций, став важным механизмом международного нормотворчества.

Одним из важнейших принципов, закрепленных в Уставе ООН, является принцип запрещения применения силы или угрозы силой, согласно которому все государства — члены ООН «воздерживаются в их международных отношениях от угрозы силой или ее применения как против территориальной неприкосновенности или политической независимости любого государства, так и каким-либо другим образом, несовместимым с целями Объединенных Наций» (п. 4 ст. 2)2.

Анализ документов, раскрывающих содержание этого принципа3, приводит к выводу, что запрещаются среди прочего организация или поощрение организации иррегулярных сил или вооруженных банд, в том числе наемничества.

В рамках международного права интерес к наемничеству, которое можно рассматривать и как социальное явление , и как преступление, связан с особой востребованностью в услугах наемников, проявившейся наиболее явно в последние десятилетия новейшей истории, когда они активно использовались для борьбы против законных правительств освободившихся от колониальной зависимости государств. Трагические последствия участия наемников в национальных и региональных конфликтах общеизвестны, в том числе на печальных примерах Сьерра-Леоне, Кот-д Ивуара, Анголы и других стран.

Вопрос о политической и юридической квалификации наемничества неоднократно рассматривался в рамках ООН, которая приняла по этой проблеме ряд важных резолюций и решений . Особая роль в установлении преступности наемничества принадлежит нормотворческой деятельности Генеральной Ассамблеи ООН, в частности ее декларациям и резолюциям. Не менее важное место в системе международного законодательства о наемничестве занимают резолюции Совета Безопасности ООН и Комиссии ООН по правам человека.

Хотя довольно часто декларации Генеральной Ассамблеи ООН и резолюции Совета Безопасности ООН несут на себе явный отпечаток острой политической борьбы, столкновения различных интересов, вследствие чего документы, принимавшиеся этими органами ООН на протяжении полувека, нередко противоречат друг другу или, во всяком случае, допускают противоположные интерпретации1, но применительно к наемничеству оно не имеет подобной тенденции, а наоборот, прослеживается последовательное объявление его преступным.

Особый интерес вызывают и акты, принятые Организацией африканского единства (ОАЕ), авторитетной региональной международной организацией, выражающей волю народов африканского континента. Как справедливо отметил А. Полторак, «международно-правовая активность ОАЕ в интересующем нас вопросе вполне естественна — в течение многих лет именно африканский континент являлся широким полем, где использовалась система наемничества» . Добавим, что и в настоящее время больше всего страдает от присутствия наемников именно этот континент.

В целом, к настоящему времени следует констатировать обилие международно-правовых и региональных актов, содержащих запрет наемнической деятельности3 и оказавших большое влияние на разработку вопросов о международном контроле над наемниками. Как представляется, условно можно выделить два этапа, в рамках которых мы будем анализировать эти документы: до принятия специального международно-правового акта по проблеме наемничества и после его принятия.

Применительно к актам первого периода важным достижением международного сообщества в борьбе против наемничества, по нашему мнению, стало провозглашение практики использования наемников против движений, борющихся за свое национальное освобождение и независимость, уголовным наказуемым актом, а самих наемников -уголовными преступниками (резолюции Генеральной Ассамблеи ООН 2465 (XXIII) «Осуществление Декларации о предоставлении независимости колониальным странам и народам» (1968 г.)1, 3103 (XXVIII) от 12 декабря 1973 г. «Основные принципы правового положения комбатантов, борющихся против колониального, иностранного господства и расистских режимов» и др.).

Не менее важно и закрепление на международном уровне обязанности каждого государства «. воздерживаться от организации и поощрения организации иррегулярных сил или вооруженных банд, в том числе наемников, для вторжения на территорию другого государства» (Декларация о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН (1970 г.))2. Настоятельная необходимость сохранения международного мира и безопасности в условиях волны национально-освободительных движений, наблюдаемой в семидесятые годы XX века, требовала принятия радикальных мер, выразившихся в закреплении двух вышеуказанных запретов.

Международная конвенция о борьбе с вербовкой, использованием, финансированием и обучением наемников 1989 г

Основным действующим международно-правовым актом по проблеме наемничества является Международная конвенция ООН о борьбе с вербовкой, использованием, финансированием и обучением наемников 1989 г.1, регулирующая вопросы как материального, так и процессуального характера. В силу ограниченности объема в настоящем исследовании рассмотрим только основные ее положения.

Осознание высокой общественной опасности самого преступления наемничества, равно как и деятельности наемников, отражено в указанных в преамбуле к данной конвенции ряде факторов, обусловивших принятие последней. Среди них наиболее важными представляются признание вербовки, использовании, финансирования и обучения наемников нарушением таких принципов международного права, как суверенное равенство, политическая независимость, территориальная целостность государства и самоопределение народов, и преступлениями, вызывающими глубокую озабоченность всех государств, с обязательным судебным преследованием или выдачей виновного и др2.

Как отмечалось ранее, положения Конвенции, наряду с воспроизведением определения наемника, данного в ст. 47 ДП I 1977 г., с несущественной разницей в терминологии включает в него и новые признаки. Так, в соответствии с ч. 2 ст. 1 наемником признается лицо, специально завербованное не только для участия в вооруженном конфликте, но и в разовых или неоднократных совместных насильственных действиях, направленных на свержение правительства или иной подрыв конституционного порядка государства или подрыв территориальной целостности государств. В связи с этим В.В. Алешин конкретизирует: «Речь идет о подрывных акциях, направленных на свержение законного правительства, изменение (ослабление) государства. Такие противоправные деяния не связаны с непосредственным участием в вооруженном конфликте, однако представляют серьезную угрозу для стабильности и безопасности государств»1.

Разделяя в полной мере мнение этого автора, подчеркнем, что именно последнее положение Конвенции имеет наибольшую актуальность в современной практике борьбы с явлением наемничества. Ведь известно, что наемники используются не только на постоянной, а нередко и на временной, основе при сложных политических ситуациях. Примером подобного утверждения может служить ситуация с задержанными 7 марта 2004 г. в столице Экваториальной Гвинеи — Хараре (на борту самолета) по подозрению в развязывании частной войны на африканском континенте 64 иностранными гражданами (20 граждан ЮАР, 18 — из Намибии, 23 — из Анголы, двое из Конго и один из Зимбабве), которых власти этой страны считают наемниками (к ним может быть применена смертная казнь) .

Международное право прежде не регулировало указанные случаи, что, в свою очередь, не позволяло преступников, участвующих в разовых или неоднократных специальных насильственных действиях, признать наемниками. Этот пробел способствовал тому, что последние избежали привлечения их к уголовной ответственности за наемничество. Так, среди них можно назвать легендарного французского наемника Б. Денара, в свое время осуществившего оплаченные революции в Бенине, Конго и на Коморских островах. В современной мировой истории есть немало подтверждений участия наемников в государственных переворотах. К примеру, в 1996 г. был осуществлен переворот в Сьерра-Леоне, где президент этой страны был низложен с помощью группы наемников из разных стран под командованием полковника армии ЮАР К. Альбертса1.

Широкая формулировка понятия наемник, данная в Конвенции, восполнила пробел международного права, позволивший многим лицам, участвующим в государственных переворотах, избежать привлечения их к уголовной ответственности, что можно, на наш взгляд, считать важным достижением современного общества в сфере противодействия намничеству.

Согласно конвенции преступными являются и действия любого лица, которое вербует, использует, финансирует или обучает наемников. Кроме того, устанавливается ответственность наемника, который непосредственно участвует в военных или совместных насильственных действиях, в зависимости от обстоятельств. Тем самым наемничество носит комплексный характер и включает в себя разнородные альтернативные действия, составляющие два самостоятельных состава наемничества.

В Конвенции говорится о преступности не только самих наемнических деяний, но и приравнивается к этим действиям попытка их совершения и соучастие во всех вышеуказанных действиях (ст. 4). Понятно, что тем самым расширяется круг лиц, которые могут быть признаны в соответствии с международным законодательством виновными в совершении наемничества.

Полагаем, что в связи с этим следует коснуться некоторых вопросов неоконченного преступления и соучастия в международном уголовном праве, которые имеют значение для пояснения данного положения Конвенции.

Международное и национальное уголовное право допускают, что лицо несет ответственность не только по факту оконченного преступления, но и в ситуациях, когда задуманное и реализуемое преступление не было доведено до конца по каким-либо причинам, не зависящим от субъекта. Но при этом, как пишет Р.А. Адельханян, в самих нормах международного уголовного права отсутствует какое-либо обязательное правило о дифференциации ответственности за оконченное и неоконченное преступление1.

В российском уголовном законодательстве совершение лицом (лицами) каких-либо действий по подготовке к совершению преступления до начала исполнения его объективной стороны, расценивается как приготовление к преступлению. В международном уголовном праве преступность приготовления к преступлению (например, в форме «заговора на совершение преступления») закрепляется в исключительных случаях, и, как правило, в отношении особо тяжких преступлений.

В отличие от приготовления к преступлению покушение на его совершение очень хорошо известно международному уголовному праву. При этом речь в источниках может идти о покушении как таковом либо о «попытке» совершения деяния. Рассматриваемая Конвенция как раз и говорит о преступности «попытки» совершения указанных в ней наемнических деяний. А «попытка» совершения преступного деяния есть не что иное, как покушение на его совершение, при котором желаемый результат (исполнение деяния полностью либо наступление желаемых последствий) не достигнут по причинам, не зависящим от лица .

Уголовное законодательство стран СНГ об ответственности занаемничество

В контексте данного исследования огромное значение имеет анализ национального уголовного законодательства, предусматривающего ответственность за наемничество или его различные проявления. Постановка подобной задачи имеет своей целью, прежде всего, уяснение вопроса об адекватности законодательной реакции ряда стран на факт существования наемничества как преступного явления и наемников как уголовных преступников, на расширение наемнической деятельности и причин неэффективности борьбы с ней.

В первую очередь, считаем необходимым проанализировать нормы о наемничестве УК стран СНГ в связи с наблюдаемой в последние годы тенденцией увеличения числа наемников из государств — его членов. Вся мировая история человечества подтверждает, что любой политический или экономический кризис является первопричиной распространения наемничества.

Не стало исключением из этого правила и такое грандиозное по своему масштабу событие как распад одной из величайших мировых держав XX века -Советского Союза. В немалой мере способствовали росту числа наемников -бывших советских граждан и вооруженные конфликты на территории бывшего СССР, в частности локальные конфликты в начале 90-х гг. в Абхазии, Приднестровье, Фергане, Карабахе1. Но специфика наемничества этого периода выражалась в том, что оно не имело массового распространения и преимущественно могло рассматриваться как «идейное», что, нисколько не исключало случаев участия лиц в этих конфликтах, руководствуясь только меркантильными интересами.

Но в целом примерно с этого времени можно говорить о том, что наемники — советские граждане вышли на мировой рынок «услуг военного назначения». По неофициальным данным, первыми для военной службы в ЮАР в 1991 г. уехали несколько молодых сотрудников КГБ СССР, вслед за ними — высокопоставленные офицеры КГБ и Министерства обороны СССР на предложенных условиях — около 2 тыс. долларов в месяц и жилье .

В качестве одной из причин распространенности наемничества среди граждан СНГ выступает последовавшее за распадом Советского Союза массовое увольнение кадровых военнослужащих из Вооруженных сил России и других государств из числа бывших республик Советского Союза. И потому в этом случае можно говорить о влияющей роли такой проблемы постсовесткого пространства как безработица, которая побудила в основном молодых людей вступать в ряды «наемников». Так, в России в 1993 г. (по данным ИКСИ) 3 % работающих молодых людей считали приемлемым для себя такую «сферу деятельности», как «рэкет, наемничество, преступления», а в случае безработицы и резкого ухудшения своего материального положения уже 7 % из них допускали свое существование за счет такого рода деятельности. В 1995 г. число это, по данным ряда конфиденциальных опросов, увеличилось минимум, чем вдвое2. История человечества, в том числе и современная, свидетельствует том, что безработица — резерв для наемничества .

Также довольно поздно, на наш взгляд, появились в странах СНГ нормы, закрепляющие преступность наемничества и позволяющие привлечь виновных лиц к ответственности за него. Хотя подобное закрепление, как показывают реалии, не всегда способствует уменьшению числа наемников, вместе с тем, оно, все-таки, выступает в определенной мере сдерживающим фактором. Так, в в действовавшем на момент появления «первых русских наемников» УК РСФСР 1960 г. не предусматривалась ответственность за наемничество, а значит, действия этих лиц нельзя было рассматривать в качестве преступных. Вместе с тем в подавляющем большинстве вышеприведенных случаев эти лица могли признаваться наемниками по международному законодательству, но только при обязательном участии в конкретном вооруженном конфликте: как подтверждают материалы и рассказы подобных лиц, фактически их военная служба в этом и заключалась.

В настоящее время распространены случаи участия граждан России в качестве наемников в вооруженных конфликтах на африканском континенте, например, между Зимбабве и Демократической Республикой Конго1. Особую остроту проблема наемничества приобрела в связи трагическими событиями в Чечне, которая стала местом скопления наемников из различных государств.

При идентификации воюющих на территории Чеченской Республики иностранных лиц возможны два варианта: либо это единоверцы, действующие с целью «защищать ислам» (у них отсутствует корыстная мотивация), которых нельзя признать наемниками, либо это наемники, участвующие в конфликте с целью получения материального вознаграждения. Конечно, и последние могут руководствоваться в той или иной мере какими-либо религиозными или идеологическими, равно как и политическими мотивами, а нередко и «прикрываться» ими, но, главное, что они, в отличие от первых, допускают и корыстную цель. В обоих случаях не исключается ответственность по другим статьям УК РФ, например, по ст. 208 УК РФ «Организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем».

Проблема наемничества в России активно обсуждалась и в связи с фактами участия граждан России в вооруженных конфликтах на территории бывшей Югославии. В большинстве этих случаев, на наш взгляд, можно вести речь о добровольцах в международно-правовом понимании этого слова (к примеру, их включали в личный состав регулярной армии бывшей Югославии), следовательно, нельзя говорить о наемничестве, ибо эти понятия, взаимоисключающие. Но в то же время в вооруженных конфликтах на территории бывшей Югославии участвовали и россияне, действовавшие исключительно или, главным образом, с корыстной целью, являясь наемниками в соответствии с нормами международного права.

Уголовное законодательство стран Европы и США о наемничестве или его проявлениях

В силу ограниченности объема диссертационного исследования рассмотрим лишь уголовное законодательство стран Европы и США, в которых закреплена преступность наемничества или его проявлений.

В целом уголовное законодательство этих стран рассматривает различные проявления наемничества как преступления против внутренней безопасности и обороноспособности государства, преступления, направленные на подрыв добрососедских отношений с иностранными государствами или нарушение нейтралитета, т.е. как преступления против внешней безопасности, и как само наемничество, правда, в специфическом его выражении.

Подобная классификация позволяет, на наш взгляд, точнее выявить общее и специфическое в закрепленных в этих странах нормах о наемничестве или его проявлениях.

В качестве преступлений против внутренней безопасности и обороноспособности государства ряд проявлений наемничества рассматривается в уголовном законодательстве Бельгии, Дании, Франции, ФРГ, Швеции. В УК Бельгии, Дании, ФРГ, Швеции таким преступлением признается вербовка лица для иностранной службы без разграничения вербовки наемника или добровольца. Причем вербовка может являться собирательным названием для ряда составов: самой вербовки, а также «побуждения» и «пользования услугами другого лица» с корыстной целью (УК Бельгии)1; «доставки» вербуемого вербовщику или завербованного лица к месту службы (УК ФРГ) , «склонения» людей «незаконно покинуть страну для того, чтобы поступить на такую службу» (УК Швеции)1. Как видно, в одной норме содержатся и сам состав вербовки, и соучастие в такой вербовке в виде подстрекательства и пособничества к ней.

В ряде случаев, например, в УК Бельгии, Швеции, вышеуказанные действия наказуемы только при условии совершения их без соответствующего разрешения. Шведский законодатель признает совершение указанных видов действий наиболее опасными в случае, «если Королевство находилось в состоянии войны», в связи с чем повышается их наказуемость2.

В законодательстве рассматриваемой группы стран нередки указания на то, что вербовка должна совершаться только на территории соответствующего государства или в его пределах (УК Дании, Швеции) — существенно сужая возможности привлечения к ответственности вербовщиков, выводя за пределы уголовного закона случаи, когда вербовка граждан данного государства происходит вне территории этой страны. Также значительно сужаются предписания международного права при распространении понятия наемника только на граждан соответствующего государства (УК ФРГ).

В отличие от других стран первой группы, в УК Франции3, принятом в 1992 г., прямо не закрепляется преступность вербовки для иностранной военной службы, а устанавливается ответственность за «набор вооруженных сил без приказа или без разрешения законных властей» (п. 2 ст. 412-7). На наш взгляд, данной нормой фактически должны охватываться и случаи противоправной вербовки лиц для создания вооруженных сил. К лицу, осуществляющему вербовку наемников, может применяться ст. 413-1, признающая преступлением «подстрекательство военных, относящихся к французским вооруженным силам, к переходу на службу иностранного государства», осуществляемое с целью «нанести ущерб национальной обороне». Как пишет Н.Е. Крылова, «при этом причинение реального вреда не является необходимым условием» и «этот ущерб может, в частности заключаться и в отсутствии данных военных в составе вооруженных сил Франции»1. По смыслу последней нормы наказуемо подстрекательство к переходу как на военную, так и на гражданскую службу.

Как преступления против внешней безопасности государства, т.е. преступления, направленные на подрыв добрососедских отношений с иностранными государствами или нарушение нейтралитета ряд проявлений наемничества представлен в законодательстве Великобритании, Испании, Финляндии и США. В этой группе стран в основном устанавливается ответственность за незаконное поступление на военную службу. Причем последнее также имеет свои составляющие: само поступление на такую службу и побуждение к поступлению на нее (Закон Великобритании о поступлении на военную службу за границей (Акт о службе иностранному государству) 1870 г. ); «неоставление службы в таких вооруженных силах» (УК Финляндии) или состоит из нескольких альтернативных действий: «найм», само «поступление», «записывание» или «прибегание к услугам другого лица» (п. «а» 959 раздела 18 Свода законов США)4.

Заметна и дифференциация ответственности виновных лиц за совершение предусмотренных нормами уголовного законодательства рассматриваемой группы зарубежных стран деяний. Так, в Великобритании ответственности за поступление на иностранную военную службу подлежит только британский подданный, «проживающий как в пределах доминионов ее величества, так и вне их», тогда как побуждение к поступлению на нее наказуемо независимо от подданства или гражданства виновного, но при соблюдении единственного условия — вербовщик действует «в пределах доминионов ее величества». Удачным нам видится то, что фактически последним положением охватываются случаи вербовки граждан Великобритании для осуществления преступных действий против их страны. Но при отсутствии возмездности службы, найма противоправные действия лиц — граждан Великобритании, как представляется, можно было бы при наличии соответствующих признаков рассматривать как одну из форм государственной измены1.

Специфичность присуща и законодательству рассматриваемой группы стран. Так, в Великобритании и США признается преступлением дача согласия принять предложение о поступлении, зачислении на службу или саму службу в пользу другого государства, находящегося в состоянии войны с любым дружественным им иностранным государством ( 958), т.е. подготовительные к совершению наемничества действия. Оба вышеуказанных состава 1 главы 12 УК Финляндии наказуемы только в случае, если виновный заведомо знал о неприятельских отношениях между Финляндией и государством, в ряды вооруженных сил которого он вступил.

Еще по теме:

  • Ст 125 ч 2 тк рф Статья 125. Разделение ежегодного оплачиваемого отпуска на части. Отзыв из отпуска По соглашению между работником и работодателем ежегодный оплачиваемый отпуск может быть разделен на […]
  • Купить дом в сумском районе в селе Продажа домов в Сумском районе Сумская обл, Сумский район, Косовщина, Калинова ул., 2 Этажей: 2, Монолитно-блочный Площадь (общ./жил./кух./учс.): 193/42/13/12 as445601 Будинок знаходиться […]
  • Договор займа между физ лицами с процентами образец ДОГОВОР ЗАЙМА ДЕНЕГ С ПРОЦЕНТАМИ МЕЖДУ ФИЗИЧЕСКИМИ ЛИЦАМИпроект, образец, форма, бланк, шаблон, примерпростая письменная форма сделки (без нотариуса) 2018 год ДОГОВОР займа денег с […]
  • Статья 81 пункт 6 подпункт б тк рф Статья 81 пункт 6 подпункт б тк рф Автострахование Жилищные споры Земельные споры Административное право Участие в долевом строительстве Семейные споры […]
  • Стационарная судебно психиатрическая экспертиза Стационарная судебно психиатрическая экспертиза Вопросы судебно-психиатрической экспертизы регламентированы уголовным и уголовно-процессуальным, гражданским и гражданско-процессуальным […]